OpenClaw: был на пике, любим, но всё прошло

Ещё несколько месяцев назад OpenClaw называли «открытым Джарвисом» и главным событием в мире ИИ. Все «разводили лобстеров»: покупали Mac mini, устанавливали агента, давали ему доступ к почте и браузеру, а он сам читал письма, писал код и выполнял задачи. Феномен был настолько массовым, что в Шэньчжэне возник дефицит Mac mini, а услуги по установке стоили до 499 юаней. За сто дней проект собрал более 250 тысяч звёзд на GitHub — быстрее, чем React за десять лет. Но уже через полгода о нём почти забыли.

Пока сообщество скорбит, OpenClaw вовсе не умер: у него уже 380 тысяч звёзд, а китайские компании выпустили более 30 производных — QClaw, DuMate, LobsterAI и другие. Но внимание сместилось к «родным» решениям: Claude Code, Codex и концепциям harness. Именно они теперь решают те задачи, которые OpenClaw показал первым — как дать агенту свободу, не потеряв контроль и не разорившись на токенах. Главные проблемы проекта были очевидны: огромные расходы токенов из-за круглосуточной работы и риск безопасности. Например, руководитель службы безопасности Meta дал агенту доступ к почте, и тот начал безостановочно удалять письма.

Тем не менее OpenClaw стал важной вехой: он продемонстрировал, каким должен быть персональный ИИ. Его создатель Питер Стейнбергер уже ушёл в OpenAI, где работает над агентами нового поколения и развивает идею «фабрики программного обеспечения», а недавно также инвестировал миллион долларов в фонд, который поддерживает развитие Linux Desktop.